Главное меню
Новости
О проекте
Обратная связь
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
О Рудольфе Штейнере
Содержание GA
Русский архив GA
GA-онлайн
География лекций
GA-Katalog
GA-Beiträge
Vortragsverzeichnis
GA-Unveröffentlicht
Материалы
Фотоархив
Медиаархив
Аудио
Глоссарий
Каталог ссылок
Поиск
Книжное собрание
Каталог авторов
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Поэзия
Астрология
Книгоиздательство
Проекты портала
Terra anthroposophia
Талантам предела нет
Книжная лавка
Антропософская жизнь
Инициативы
Календарь событий
Наш город
Форум
Печати планет
Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Поэзия

Катенин Павел Александрович (1792-1853)

Мстислав Мстиславович



                             Не белые лебеди
                             Стрелами охотников
                             Рассыпаны в стороны,
                             Стремглав по поднебесью
                             Испуганны мечутся.

                             Не по морю синему,
                             При громе и молниях,
                             Ладьи белокрылые
                             На камни подводные
                             Волнами наносятся.

                             Среди поля чистого
                             Бежит православная
                             Рать русская храбрая
                             От силы несчетныя
                             Татар-победителей.

                             Как ток реки,
                             Как холмов цепь.
                             Врагов полки
                             Просекли степь.
                             От тучи стрел
                             Затмился свет;

                             Сквозь груды тел
                             Прохода нет.
                             Их пращи - дождь,
                             Мечи - огонь.
                             Здесь - мертвый вождь,
                             Тут - бранный конь.
                             Там - воев ряд,
                             А там - доспех:
                             Не может взгляд
                             Окинуть всех.
                             На тьмы татар
                             Бойцы легли,
                             И крови пар
                             Встает с земли.

                        В той равнине холм высокий,
                        На холме ракитов куст.
                        Отдыхает одинокий
                        Витязь там. Стрелами пуст,
                        Тул отброшен бесполезный;
                        Конь лежит; в груди - стрела;
                        Решето стал щит железный,
                        Меч - зубчатая пила.

                   Вздохи тяжелые грудь воздымают;
                   Пот, с кровью смешанный, каплет с главы;
                   Жаждой и прахом уста засыхают;
                   На ноги сил нет подняться с травы.
                   Издали внемлет он ратному шуму:
                   Лютой млатьбе - не колосьев, а глав,
                   Горькую витязь наш думает думу -
                   Галицкий храбрый Мстиславич Мстислав.

                           Ах, рвется надвое
                           В нем сердце храброе:
                           Не со крестом ли в бой
                           Хоть одному идти
                           На силы темные
                           Татар-наездников?!
                           Не понаведаться ль,
                           Здоров ли верный меч?
                           Уж не устал ли он
                           Главы поганых сечь?
                           Не уморился ли
                           Так долго кровью течь?
                           Коли в нем проку нет,
                           Так не на что беречь:
                           Свались на прах за ним
                           И голова со плеч!
                           Нет срама мертвому,
                           Кто смог костями лечь.

                    И три раза, вспыхнув желанием славы,
                    С земли он, опершись на руки кровавы,
                                  Вставал.
                    И трижды истекши рудою обильной,
                    Тяжелые латы подвигнуть бессильный,
                                   Упал.

                              Смертный омрак,
                              Сну подобный,
                              Силу князя
                              Оковал.

                              Бездыханный,
                              Неподвижный,
                              Беззащитный
                              Он лежит.

                              Что, о боже,
                              Боже правый,
                              Милосердный,
                              Будет с ним?

                              Неужели
                              Ты попустишь
                              Нечестивым
                              Умертвить?

                              Меч ли темный
                              Христианску
                              Душу с телом
                              Разлучит?

                              Не омыту
                              Покаяньем,
                              Не причастну
                              Тайн святых?

                              Или звери
                              Плотоядны
                              Кровь полижут
                              Честных ран?

                              Труп ли княжий,
                              Богатырский
                              Стадо галиц
                              Расклюет?

                              Кто из пепла
                              Жизнь угасшу
                              Новой искрой
                              В нем зажжет?

                    В поле звонком - стук конских копыт.
                    Скачет всадник, весь пылью покрыт;
                    Он с преломленным в пахе копьем
                    Быстро мчится ретивым конем:
                    Молодец, веселясь на бою,
                    Позабыл, знать, и рану свою.
                    Кто сей юноша славы и сил?
                    Зять княжой, рати свет, Даниил.

                    Пусть бы встретился с ним лютый зверь,
                    Пусть привиделся б рогатый бес, -
                    Не дрогнул бы князь - таков он смел;
                    Но чуть-чуть не застонал навзрыд,
                    Как увидел, что родимый тесть
                    На сыру землю лег замертво.

                      Как быть? Спасу в душе помолясь,
                      Подхватил его на руки князь,
                      Поперек перекинул седла
                      И помчался к реке, как стрела.
                      Что ты, князь! Ведь не поле - река:
                      Ты удал, да вода глубока.
                      С небеси помоги тому бог,
                      Кто сам ближнему в нужде помог!

                    И вышло так: усердной часть дружины
                    У берега с ладьею ждет князей;
                    Они в живых - и убыло кручины.
                    Но Даниил прикрикнул на детей:
                    "Вы, отроки, сюда бегите спешно!
                    Вам - вечный стыд, мне - горе неутешно,
                    Коль наш отец от тяжких ран умрет;
                    Моя - ничто: и после заживет".
                    Мстиславу все бегут помочь толпою.
                    Оружье сняв, омыли кровь водою
                    И, белый плат на язвы расщипав,
                    Внесли в ладью; тут вспомнился Мстислав.

                    Но лучше бы очей не раскрывал вовеки,
                    Чем битвы зреть конец: и крови русских реки,
                    И трупов их бугры, и малое число
                    Спасенных от меча на вящее лишь зло:
                    На бегство, глад, болезнь, ужасные мученья -
                    Всегдашний, горький плод несчастного сраженья;
                    И победителей необозримый стан,
                    Чрез всю широку степь бесправильно расстлан,
                    Где всюду тут и там огнь засвечался дымный,
                    Как звезды на небе в бесснежный вечер зимный.
                    При зрелище таком князь храбрый восстенал
                    И слабым голосом скорбь сердца просвещал:

                         "О горе вечное Мстиславу!
                         На мне - вина такого дня,
                         И внуки поздние по праву
                         В нем будут укорять меня.

                         Весь опыт браней долголетних
                         Одним я разом погубил:
                         Напал на рать врагов несчетных
                         И тем разбитье заслужил.

                         Не остановятся отныне
                         Успехом гордые враги,
                         Доколь Россию всю - пустыне
                         Не уподобят их шаги.

                         Их орд на нас польется море,
                         А сила русская мала.
                         О горе, вечное мне горе,
                         Что я виновник первый зла!

                         Но чем бы ни решались битвы,
                         Моя надежда всё крепка:
                         Услышит наши бог молитвы -
                         И нас спасет его рука.

                         Он русским даст терпенья силу,
                         Они дождутся красных дней;
                         У нас в земле найдут могилу
                         Враги, гордившиесь над ней".

              Так Мстислав Мстиславич храбрый Галицкий молвил.
              На руки склонши главу, Даниил его слушал безмолвно.
              Отроки ж, веслами быстрые волны дружно взметая,
              К берегу мчали ладью; сошли и князья и дружина,
              Пали наземь лицом и в слезах благодарных молили
              Бога и Спаса Христа и пречистую деву Марию.

                  ПАВЕЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ КАТЕНИН (1792-1853)

     Мстислав   Мстиславич.  Впервые  -  Сын  отечества,  1820,  No  1,  под
заглавием  "Песнь  о  первом  сражении  русских с татарами на реке Калке под
предводительством   князя   Галицкого   Мстислава   Мстиславича   Храброго".
Печатается по изд.: Катенин П. А. Стихотворения. Л., Сов. писатель, 1937.
     Появление  поэмы  сопровождалось  оживленной  полемикой  в литературных
кругах   Если   В.   Кюхельбекер   положительно   отозвался   о   "Мстиславе
Мстиславиче",   увидя  в  нем  плодотворную  попытку  "сблизить  современное
поэтическое    творчество    с    поэзией    русских   нравов   и   обычаев"
(Литературно-критические  взгляды  декабристов.  М.,  1978,  с.  175), то А.
Бестужев-Марлинский,  неоднократно  критикуя  поэму,  однажды даже назвал ее
"нашествием на русский Парнас" (Сын отечества, 1820, No 12, с. 256).

     Мстислав  Мстиславич (ум. 1228) - сын князя Мстислава Храброго, получил
прозвище  Удалой  за  свою храбрость и воинскую доблесть. Княжил в Триполье,
Торчсске,  Новгороде,  Галиче,  успешно  воевал  против  половцев,  немецких
рыцарей,  польских  и  венгерских феодалов. Командовал авангардом в битве на
реке  Калке,  где  монгольский  передовой  отряд  Чингисхана  впервые  нанес
поражение  объединенным  силам половцев и русских, которые были представлены
княжескими дружинами из Киева, Галича, Курска и Чернигова.
     Вои  -  воины,  ратники.  Тул  -  колчан. Руда - кровь. Галицы - галки,
вороны.


Дата публикации: 22.09.2010,   Прочитано: 2462 раз
· Главная · О Рудольфе Штейнере · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Вопросы по содержанию сайта (Fragen, Anregungen, Spenden an)
         Яндекс.Метрика
Открытие страницы: 0.04 секунды