Автор Тема: ВЫЗОВ ВРЕМЕНИ: РЕБЕНОК В ЦИФРОВОМ МИРЕ...  (Прочитано 723 раз)

0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.

Оффлайн Галина

  • Модератор
  • Сообщений: 1 838
  • Karma: +0/-0
«МАМА, МЫ - НИЩИЕ?»
« Ответ #20 : 12 Июль 2018, 17:08:30 »


«МАМА, МЫ - НИЩИЕ?»

(из соц. сетей https://vk.com/narodnoe_prikladnoe_iskusstvo)

Это началось с первого класса. Сын пришел со школы и попросил купить ему сенсорный телефон. На вопрос «зачем»? ответил: «У всех есть в классе сенсорные телефоны и Интернет, и только у меня кнопочный». На вопросы зачем тебе Интернет, зачем такой функциональный телефон, пожал плечами. Сошлись во мнении, что кнопочных телефонов для звонков и смс нашей семье вполне достаточно.

- Мама, мы с тобой нищие? - спросил сын во втором классе.
- Почему?
- Так ребята сказали, что мы – нищие, потому что у меня нет сенсорного телефона. Купи мне сенсор.
Этот разговор был уже не таким простым, как в первом классе, потому что сопровождался слезами, требованиями купить во чтобы то ни стало сенсорный телефон. Когда успокоился, начали спрашивать, кто такие нищие. Начали разбираться, нищие ли мы. Есть своё жилье? Есть каждый день еда? Есть одежда? Есть ресурсы для поездок-путешествий? Есть ресурсы для покупок того или другого? Вместе разбирались, спрашивали – отвечал. Сам отвечал. Разобрались, что мы, оказывается, не нищие. Потому что трудимся, и имеем материальное обеспечение, вполне приемлемое для этой жизни на этой земле - есть жилье, еда, одежда, отпуска с поездками. Снова обсудили, что такое сенсорный телефон, какой несет вред, что происходит с мозгом от игр, внедренных в сенсоры, от Интернета. Всё прямым текстом, как есть на самом деле. Еще раз обсудили, как сенсорные телефоны с Интернетом помогают стать дебилом в прямом смысле, чего лишают сенсорные телефоны, какие имеют незаметные глазу и уху алгоритмы привыкания и...
Пока разбирались, вспомнилась наша учительница русского языка и литературы. Мы ее совсем не понимали тогда, сплетничали за ее спиной. Но именно она подарила нам возможность войти в мир образов, приносила литературные журналы с произведениями, которые еще недавно были запрещены и совсем не входили в школьные программы. И мы читали запоем, по очереди передавая друг другу замусоленные журналы. Когда был разбор очередных сочинений пригибали головы к партам: по классу летело с ее уст: «Нищие Духом»!Эти её «нищие духом» были совсем непонятны, и мы спрашивали друг у друга, о чём она. Но слова эти были как кнут, и хотелось учить еще больше русский язык и читать произведения, чтобы не быть нищим духом в глазах Елены Максимовны. Только спустя годы пришло понимание, а кто это такой «нищий духом».

Попутно пустились в школьные воспоминания вслух и разобрали с сыном про «нищих Духом». Вроде все расставилось в голове ребенка по местам.

Но есть же родственники. В третьем классе они собрались подарить сыну на день рожденья дорогущий сенсорный телефон. На вопрос зачем? – ответы были просто разнообразными – от "быть на постоянной связи" и до "отсутствие сенсорного телефона порождает в ребенке комплекс неполноценности, ущемляет его в присутствии одноклассников, ставит на ступень ниже".
Ну да. С головами родственников приходится труднее. Отвечаешь, покупайте, но коробку откроет и начнет пользоваться лет в 16. Подарили тогда конструктор.

В начале четвертого класса сын спросил:
- Оксане родители за каждую пятерку платят по 100 рублей! Она уже накопила много денег, и думает, на что их потратить. Если я стану круглым отличником, вы будете мне платить, как Оксане.
- Нет.
- Почему?
- Потому что "платим" тебе любовью и заботой - у тебя есть все возможности учиться на "отлично", хорошая школа, много времени, немного дополнительных секций и только те, куда ты хочешь ходить сам.
- Но ей же платят...

Спрашиваем, зачем тебе копить деньги? Признаётся, что очень хочет иметь свой компьютер...
И снова разговоры о деньгах, об их влиянии, об учёбе и ее роли в жизни человека. Как надо успеть учиться, пока есть все возможности.

Перед летом отдаём сыну компьютер с производства, с хорошим функционалом. Младшую школу закончил с двумя четверками - русский язык и английский язык. Сын не может поверить своим глазам. "Надо же я мечтал о маленьком ноутбуке, а теперь у меня такой мощный компьютер". Уточняем, компьютер отдается для подготовки докладов, и для "вечерних сеансов". Контроль поглощения информации с глобальной сети не отменяется.

И вот уже пятый класс. Всё с тем же стареньким кнопочным телефоном. (Для короткой связи. Никакие серьезные вопросы по телефону не обсуждаются. Облучение уха и головы минимизировано до вопросов: где, что, когда).
В школе открытые уроки по дополнительным секциям, которые год назад выбрали сами ученики. Приглашают родителей.
Первый урок проводит библиотекарь, разбирают сказку. Дети начинают читать по абзацам. И на затылке начинают шевелиться волосы, буквально. Двое из пяти детей в этой дополнительной секции читают по слогам, запинаясь, двое читают более-менее сносно, но все четверо не понимают образность, не отвечают на вопросы, и только сын читает легко, быстро, с выражением, быстро понимает суть вопросов. Гордость? Нет. Дети удручают настолько, что гасят радость за сына.
Дети, читающие по слогам и с запинками, в 12 лет... Вспоминается первый класс, когда несказанно удивила учительница, отметив, что сын единственный из класса, кто понимает, что читает. Просто впали "коматоз", как это? Разве можно читать и не понимать, что читаешь. Учительница кивает, половина класса не умеет читать совсем, а половина читает, но не понимает содержание прочитанного.
Сын научился читать в 5 лет, ото всех понемногу. В детский сад не ходил.
К концу первого класса мы с ним договорились, что родители трудятся, чтобы обеспечить ему условия для учебы. А его учеба - это тот же труд, только мы получаем за свой труд материальное вознаграждение, а он - в виде оценок. Поэтому его задача - учиться хорошо, чтобы увеличивалось количество мозговых клеток, улучшалось понимание. Всё по-взрослому с первого класса. В пятом классе начал учиться на отлично. Его учебы касаемся только при подписании дневника один раз в месяц и когда выскакивают две плавающие четверки по четвертям. Не проверяем уроки, не помогаем делать уроки. Помощь только в подготовке докладов и курсовых в младших классах на интересные всей семье темы. За двойки не ругаем, за пятерки - не хвалим. Как потрудился - то и получил. Всё на доверии. Хвалимся? Нет, анализируем событийность "теория/практика" и размышляем вслух.

Второй урок проводит учитель русского языка. Задания все в соревновательной форме. Уже весь класс занят, поделен на две команды. Надо быстро сказать устойчивый фразеологизм по определенной тематике, или продолжить загадку.
Сын – опять первый в каждом задании. Отвечает просто на лету. Немного отстает, но тоже довольно хорошо понимает и отвечает ещё один мальчик в классе. И ВСЁ.
Невольно погружаешься в очередные грустные размышления как система дебилизирует Расу.
Идём домой. Спрашиваешь у сына:
- Как думаешь, почему ты быстрее всех отвечал на открытых уроках?
- Потому что я читаю книги? – спрашивает сын.
- Да. И потому что у тебя нет сенсорного телефона.
В пятом классе одноклассники начали выполнять домашние задания с помощью телефонов. На переменах входят в Интернет, и смотрят правильные ответы. Это тоже выговорил сын в начале учебного года, что они быстрее его делают уроки. Но просьбы купить ему сенсорный телефон больше не звучит.
В доме нет телевизора. Есть компьютеры, и Интернет, с помощью которого по вечерам, когда есть ресурс, сын смотрит старые советские фильмы и мультфильмы. Планшет, подаренный родственниками, пока из дома выселен к дарителям. За нарушение лимита в виде двух часов, отведенных на игры. Вернули до лучших времен, когда появится иммунитет к системным алгоритмам. Они наступят лет в 16.

- Вот подрастет, и будет играть так, и смотреть телевизор так, что не оторвешь. Зря ограничиваете доступ, что, думаете, сможете от всего ребенка "спрятать", - это так возмущаются родственники, пытаются ругаться, демонстративно садят к телевизору у себя в гостях.

Разумеется, будет. Потому что никто не отменял, что «запретный плод – сладок». В пять лет подобрал тлеющий окурок, засунул в рот. В шесть лет застукивали, как "курил" карандашом. Завели в магазин, показали на витрины, и сказали: "Какие нравятся сигареты, покажи, купим, будешь курить по человечески. Если хочешь - кури, не надо прятаться". И как бабка пошептала. Конечно, дорвется до телевизора и компьютерных игр, а может, и до сигарет-пива-водки. Каждый должен пройти своё. Но когда дорвется мозг будет уже в другом состоянии. Возраст уже будет другой. Начнет сам понимать многое. И вот это, что говорилось в первом-втором классе, тоже дойдет. Веришь в это, потому что сын уже сам начинает понимать. Различать.
Читает каждый день книги, бумажные книги. То, что читаем сами, всё лежит в открытом доступе, читает наперегонки со взрослыми. В первом классе учительницу шокировало, что сын все перемены читает. Бегает в школьную библиотеку за книгами. Не носится по коридорам, не толкается, не дерется, а сидит и читает. Какими только эпитетами не награждали его за это, потом всё это отвалилось, как короста, и все привыкли, что сын не совсем такой, как все. Забылось, что мы – «нищие», или уже просто сын перестал носить домой такое, потому что перестал это воспринимать. Зато началось другое от одноклассников, дай списать математику, дай то, дай это.
Перед весенними каникулами класс повезли на экскурсию в городскую библиотеку. Вечером сын изрекает:
- Сегодня Дима мне позавидовал.
- ?!
И начинает рассказывать, как проходила экскурсия, как путалась в экспонатах ведущая, и как пришла вторая, которая тоже постоянно что-то путала, но в конце экскурсии стало интересно. С детьми начали играть. Опять загадки, опять поговорки, шарады и…. надо ли говорить, что сын снова отвечал правильно, а на большинство вопросов ребята молчали.
Экскурсовод удивилась:
- Это что за мальчик такой, который всё знает?
Дима повернулся к сыну и с искаженным лицом закричал:
- Да потому что он с деревни!

Смеялись долго. До слез. Сын, сначала сидел нахохлившийся, видно, задели димкины слова. На Душу взял. Позже выяснилось, что когда никто не мог ответить, что не утаишь в мешке, и сын ответил, Димка снова закричал: «Да ты сам, как шило - на всё есть ответ». Вот откуда нахохленность. Хорошо, что сразу понял, всё это от зависти. При этом ещё взял зашиворот Димку и легонько встряхнул. Сюда не лезем. Решил встряхнуть, значит, так надо было на тот момент. Мы бы так не делали. Всё надо решать словом. А для этого надо просвещать своё невежество, чтобы владеть этим самым словом, которое может решить любую ситуацию.
Обсудили всё до «мелочей». Встряхнул, потому что Димка, оказывается, ещё и толкнул вместе со словом «шило». Поразмышляли, почему Димка сказал про деревню, ведь живем в городе. Чем и как хотел задеть. И прочее-прочее. Досконально. На самом деле мелочей в таких вопросах нет. И в целом никогда вопросы детей – не воспринимаются как мелочь. На каждый вопрос должен быть обстоятельный ответ. Ответ – как целый мир, который он открывает для себя, через родителя. И в этом есть одна из самых главных задач - помогать ребенку видеть, как всё есть на самом деле.
А делать это на самом деле легко. На примерах и сравнениях, на опыте, который проходит сам ребенок вместе с родителями. Главное, всё делать вместе с детьми. Вместе читать, вместе ходить в походы, вместе смотреть мультфильм. Главное, не думать, что ребенок ещё мал, с самого первого дня рождения.
- Надо спрашивать, почему ты в библиотеке хорошо отвечал?
- Потому что у меня нет сенсорного телефона и я читаю книги? – смеется в ответ сын.
Киваешь. Теория + практика. Самые лучшие друзья. Во втором классе, когда он плача, требовал купить сенсорный телефон, он не мог понять того, что переживает сейчас, в пятом. Сам переживает и сам видит. Это очень важно, чтобы ребенок переживал сам, то, о чем ему говорится. Не со слов взрослых, а сам. А для этого необходимо ему создавать трудности, условия, в которых, он может «пощупать» себя, «попробовать» на вкус. А какой я на самом деле? Ребенок, «вкусивший» себя в малом возрасте, будет легче двигаться в социальной жизни. Будет чище восприятие и глубже понимание.
Да, система, «рулит». «Рулит» через одноклассников, которые приносят из своих семей весь «мир», в котором они обитают. Через учителей. Через пассажиров трамвая. Через улицу и торговые центры. Через соседей. Но есть семья. Есть дом, в котором жизнь течет совсем по-другому. Есть традиции, по которым двигается семья, и о которых во внешнем мире нельзя рассказывать всем подряд, а только тем, кто желает слушать и готов к этой информации. И это всё – различение семейного мира и социального мира = «фундамент» для совсем другой жизни в этой же самой системе. И система в этом служит очень хорошим помощником.